История о предавших дружбу. Десять прокаженных

Эта история – а, вернее, притча, случившаяся в истории – в истории земной жизни Иисуса Христа. Он часто совершал поступки, действия, жесты, которые несли смысл притчи, подобно тому, как поступали древние пророки по велению Господа (Иеремия, Илия и Осия). Это было древним богословием и проповеднической традицией Израиля, и люди понимали этот язык «притчи в действии».

Прокаженные кричали издали. Они не смели подойти ни к Иисусу, ни к любому другому израильтянину. И вовсе не из-за моральной ответственности, чтобы не заразить других своим опасным заболеванием (кстати, эта болезнь — не так проказа, которая свирепствовала в Европе в Средние века, хотя примером обращения с прокаженными в Средние века служила как раз традиция, взятая из Библии).

Дело в том, что сама их болезнь, как считали верующие, и как, собственно, было написано в Ветхом Завете, делали их нечистыми перед Богом, скверными. Не «заразными», как пациентов в современных инфекционных или туберкулезных больницах, а ритуально нечистыми, не смеющими участвовать в жертвах народа Божия, а, следовательно, в Богообщении, происходящем через эти жертвы, приносимые в Иерусалимском Храме.

Через эти жертвы люди общались с Богом Живым. Храм Иерусалимский был местом присутствия Божия, особым, единственным, местом Богообщения.

Каждый израильтянин, даже живущий далеко от Иерусалима, предпринимал в течение своей жизни (и не раз и не два) паломничество в Иерусалим, чтобы предстать перед Лицом Божиим.

Нечистота (а она была разной, в том числе, к ней относилась и проказа) была непреодолимой преградой между человеком и Богом, преградой в их общении. Нечистый человек не мог приносить жертв.

Те люди, которые случайно касались прокаженных, сами на какое-то время становились нечистыми перед Богом, отлученными от общения с Ним. Так считалось всеми верующими в Древнем Израиле, так учили священники. Это было аксиомой, непреложным правилом духовной жизни.

Поэтому прокаженные и кричали Иисусу издали, прося помилования. И он отправил их в Храм Иерусалимский. Это потрясающий по смелости поступок, граничащий с богохульством (а ведь Его часто подозревали или даже напрямую обвиняли в богохульстве!). Иисус велит скверным, нечистым людям идти к великой Божией святыне и показаться священникам. Но, действительно, каждый из этих прокаженных жил надеждой на то, что однажды он проснется чистым от проказы, и первым делом он пойдет в Храм Иерусалимский. Показаться священникам после очищения от проказы было первым, что следовало сделать каждому исцеленному от этой ужасной болезни. Исцеляла несчастных не святыня, которой они были лишены. Не Храм Иерусалимский исцелял! И священник в Храме Иерусалимском только свидетельствовал об исцелении и давал разрешение бывшему больному снова войти в «общество Израилево», «общество Господне», в народ Божий, то есть перестать быть религиозным и социальным изгоем. В обществе того времени религиозное и социальное не разделялись.

И вера прокаженных в Иисуса была так велика, что они пошли в Храм Иерусалимский.

Чего они ждали? Очевидно, чуда – что они смогут туда войти и поклониться святыне, как это положено по Закону. И по вере их сбылось. И они продолжили свой путь в Храм. Вернее, не все десять прокаженных, а только девять. Один из них так и остался нечистым для Иерусалимского Храма и религии Ветхого Завета.

Он был иноверец, не язычник-эллин, а иноверец-«еретик». Когда все они, и иудеи, и он, самарянин, были одинаково скверны и нечисты, они сдружились – вместе легче преодолевать невзгоды жизни изгоев, отбросов общества. Но вот, кажется, «жизнь все расставила на свои места» – они снова приняты в «народ Божий», сейчас священники в Храме это засвидетельствуют, и весь ужас их прежней безбожной жизни останется в прошлом. Иудей, то есть верующий в Истинного Бога человек, может быть отвержен от Его Лица, но потом может быть принят, а для самарянина, для человека, находящегося вне народа, таких градаций нет – он всегда более или менее отвержен… иногда он встречается в своей отверженности с иудеями, но для них есть выход и милость Божия – а для него нет. Храм Иерусалимский закрыт для него навсегда, там его никто не ждет, и никто ему не обрадуется.

И теперь, когда они были на пути к святости, к освящению, их нечистый друг — хотя уже не прокаженный, уже, как и они, исцелившийся, — стал для них источником осквернения. Он не мог, по их религиозным правилам, даже оставаться среди них, вкушать с ними пищу, ночевать вместе с ними…

Он осквернял их, потому что он был не очистившийся от проказы иудей, а нечистый по определению самарянин. Он всегда нечист – прокаженный или нет.

Они, исцеленные, возгнушались своим исцеленным другом. Дружба дружбой, а табачок, вернее, общение с Богом в жертвах, — врозь. Нет у нас общения с тобой, самарянин! Уходи и не оскверняй нас больше. Может быть, из-за наших грехов, из-за того, что не блюли свою чистоту, и покарал нас Господь проказой. Но теперь мы сделали выводы и более не будем добровольно оскверняться общением с нечистыми людьми.

И самарянин не смог пойти с ними в Храм, чтобы воздать славу Богу, который услышал их всех и исцелил вне Храма, когда они все были нечистыми, но сохраняли дружбу между собой.

Но он ведь мог бы пойти в свой самарянский храм Бога на горе Гаризим.

Но он не стал продолжать старый спор иудеев и самарян, в каком храме надо поклоняться Богу. Он пошел ко Христу.

Вспомним, что Христа самого обвиняли в том, что Он самарянин и в нем бес…

Самарянин-прокаженный понял о Боге и Его любви к людям гораздо больше, чем его бывшие друзья, а теперь чистые в Законе праведники, при Писании, обрезании и Храме с чистыми жертвами Богу.

Он понял, что Бог Израилев не заперт в Храме, что Он — не раб Храма, что во Христе, в Своем Сыне, Он принимает любого нечистого, Своим общением очищая и исцеляя его. Сын – это Его Живой Храм, посреди всех народов. Всех исцеляет, привлекая к Себе и к Отцу, Он — Сын.

И бывший прокаженный самарянин пришел воздать славу Богу не в Иерусалимский рукотворный храм, не в рукотворный храм самарян на горе Гаризим, а к Храму, который будет разрушен скоро руками первосвященников и воинов, и Который воскреснет из мертвых в третий день, ибо Бог воздвигнет Свой Храм – Христа Спасителя, надежду всего мира.

И Христос, видя пришедшего самарянина-прокаженного скорбит – потому что Его соотечественники не слышат Его весть о том, что Бог здесь и исцеляет приходящих к Нему, здесь Тот, кто более Храма.

Бог пришел на нашу землю. Плен и нечистота, препятствующая богообщению, закончились.

Ничто на земле не имеет власти над милосердием Божиим.

Но, исцелившись, Его соотечественники с радостью вернулись к ритуалам, привычным ритуалам, отделяющих их, теперь чистых, от нечистых самарян и псов-язычников. Им уже не нужен был Иисус. Они не вернулись к Нему, чтобы воздать славу Богу.

…Вскоре Его обвинят на суде у Каиафы в том, что Он хотел разрушить Храм Иерусалимский.

И Он, действительно, разрушил Храм и воздвиг его, став Храмом всех верующих в его Воскресение.

Ольга Шульчева-Джарман