Нужен ли паломнику юридический статус?

Как сообщает Православие.ру, депутатами С.А. Гавриловым, Д.Ф. Вяткиным, А.Ю. Брыксиным, М.А. Ивановым, Р.Р. Ишсариным, Д.В. Саблиным в Госдуму Федерального Собрания Российской Федерации внесен проект Федерального закона № 514138-7 «О внесении изменений в Федеральный закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» в части регулирования паломнической деятельности.

Здесь конечно масса нюансов.

Прежде всего понятие «паломничество» упоминалось в законе «О свободе совести», однако, как отмечают авторы законопроекта, не было раскрыто. Так или иначе, при определении юридического субъекта у него появляются не только обязанности, но и права.

Типичный пример. Приезжает в Дивеево (или Верхотурье) мать с ребёнком. Приходит в регистратуру, получает «карточку паломника», талоны на бесплатное питание, заселяется в гостиницу (бесплатно или за небольшую плату). Достаёт из сумки бубен, выходит на площадь перед собором и начинает камлать. Или пророчествовать о Славике и ИНН. Или торговать леденцами собственного изготовления. При намёке поработать на добровольном послушании заявляет, что доброй воли её нет. В богослужениях не участвует. Наконец, когда игуменья благословляет выселить её из паломнической гостиницы, вызывает полицию, журналистов и поднимает хай: «Меня с ребёнком выставили на улицу!»

И юридически будет права. Она всего лишь тихо звенела бубном и отказалась от добровольного послушания. Общественного порядка не нарушала, богослужению не мешало.

Не меньше проблем с добровольным трудом паломников. Ладно, от послушаний обычно не отказываются и денег за труд не требуют. Но что если во время исполнения послушания паломник упадёт с лесов или колокольни, но не так удачно, как преподобный Серафим, а с тяжкими телесными повреждениями. С монахом-насельником всё ясно: он числится членом местной религиозной организации (монастыря), монастырь и обеспечит его лечение. А паломник? Монастырь ни-че-го ему не должен. Даже молебнов о здравии. Раз так, зачем нужно соблюдать технику безопасности? Ладно, колокольня. Но нужно ли при работе с алебастром или цементом выдавать паломнику защитные рукавицы? Нужны ли в гостинице душ и санузел? Ведь монастырские гостиницы могут не иметь статус жилых помещений (вспомним верхотурские развалины, не знаю как там сейчас).

Ещё более хитро с богослужением. Допустим, в Саввино-Сторожевский монастырь в Звенигороде приезжает делегация старообрядцев-беспоповцев или членов УГКЦ. И требуют освободить им собор и алтарь для проведения богослужения. «Как же, ребята, вы на него не претендовали?» «А мы и не претендуем на владение. Но извините, вот у нас справка из нашей (старообрядческой или католической) епархии. Вот экспертиза историков о том, что культ святого Саввы существует в нашей церкви. Если откажете, Вы препятствуете совершению богослужения».

Плюс масса нюансов из-за несовпадения юрисдикции (РПЦ МП, РПАЦ, ИПЦ, РКЦ, РОСХВЕ) и юридического лица (прихода). И ещё не известно, как там всё устроено за границей.

Кстати, в исламском мире с основным видом паломничества – хаджем в Мекку именно так дело и обстоит. Выдается определённое количество квот на страну, которые распределяются не между турагенствами, а между религиозными организациями (а те могут уже турагенствам сдавать). Сколько бы у тебя денег не было, если ты не укладываешься в квоту, извини, жди очереди.

Тем более организацией паломничеств не сможет заниматься секта «бога» Кузи и ей подобные. Появятся большие проблемы у тех, кто организует паломничества к не признанным местам, например к Славику Чебаркульскому на могилку или к Феодосию Кавказскому с заездом на дольмены. То есть возить-то можно, пожалуйста! Нельзя при этом пользоваться юридическим статусом «паломника» (например, заставлять работать в обмен на жильё, понуждать участвовать в религиозных обрядах). Авторы законопроекта чётко оговаривают разницу между «паломничеством» и «религиозным туризмом».

Теперь о минусах.

Начнём с прав обычных граждан. Могут ли человеку отказать в совершении религиозного обряда если он не имеет статуса паломника, а прибыл как религиозный турист? Не допустить к причастию или исповеди? Закон претензий не имеет: «человек прибыл не с целью участия в религиозном обряде, а с целью отдыха».

Непонятен статус индивидуального паломника, пользующегося паломнической инфраструктурой: ночующих и питающихся при монастыре автостопщиков, бомжей, беспаспортных зэков. Обычного-то человека, не маргинала, можно заставить записаться прямо в регистратуре монастыря в «паломники» (как это делается в Дивеево), заполнить анкету, да ещё и заплатить за это рублей 500 (как всегда без чека, «добровольное пожертвование»). Отдельная песня – да, о тех кто отказался от ИНН и паспорта по идейным соображениям. Их всех из монастырей – вон. То есть можно оставить на свой страх и риск, но это то же, что поселить бомжа добровольно в своей квартире. Тебя он обворует ладно, а вдруг соседа? И вообще нужна регистрация в ГУВД.

Следующий нюанс. Светские туристические организации сохраняют на религиозные объекты право возить «религиозных туристов», теряя статус «паломничества». Окей, кому проводить экскурсии в Ганиной Яме? Сейчас по правилам этого монастыря экскурсии для паломников (!!) проводятся бесплатно – семинаристами и насельниками. Поскольку место непростое, они там лишнего не говорят, очень осторожны. А что будет говорить экскурсовод? Вот она-то как раз и расскажет и про Распутина, и про биоэнергетику. Ведь закон утверждает, что правила внутреннего распорядка монастыря регламентируют действия паломников, а не туристов. Обязать экскурсовода проходить лицензирование в монастыре? С какой стати? Монастырь – объект культурного наследия, все граждане имеют к нему равный доступ и т.д.

Не меньше нюансов с паломничествами заграничными. С одной стороны, юридический статус паломника может облегчить получения визы. Но это только в теории. Тем более паломникам будут выдаваться «религиозные визы», а сейчас их получают разве что клирики, официальные лица. Кстати, простой пример. Клирик Русской Православной Церкви может поехать на Афон только с официального разрешения священноначалия (которое может квотироваться), мирянину это не обязательно. Нередко батюшка переодевается из рясы в джинсы и получает диамонитирион как мирянин. Теоретически у него и сейчас сохранится эта возможность, если он прибудет непосредственно в Салоники. Через турфирму – уже не сможет. И в Салониках при подаче заявки на диамонитирион он предъявит туристическую визу, а ему возразят: как так, у вас должен быть шенген религиозный.

И не дай Бог введут выездные визы в РФ, то есть государство будет контролировать соблюдение гражданами законов РФ при нахождении заграницей.

Наконец, о «меркантильной» стороне дела. Паломничеств явно станет меньше, как местных, так и международных. Кто-то, кто пользовался услугами светских фирм, для кого идти за путевкой в епархию – проблема, будет потерян. Но и ему лучше (не будет казусов с затягиванием в монастырь, как у Марии Кикоть), и монастырю. Епархиям лучше в том плане, что всегда можно «заблокировать» сомнительные и маргинальные места (вроде Среднеуральского монастыря и отчиток), было бы желание. Однако в финансовом плане выиграют больше всего те структуры в составе религиозных организаций, кто будет регулировать заграничные паломничества – в Бари, на Афон, на Святую Землю, из Украины – в Дивеево, Оптину и Троице-Сергиеву лавру. А вот кто это будет и какую выгоду получит – большой вопрос и секрет. Вряд ли провинциальным структурам, реализующим паломнические путевки на местах, многое перепадёт.

Юрий Эльберт