Оставить место для Божией тайны

Когда-то воскресший Спаситель отправлял Своих учеников на проповедь: «Идите и научите все народы». Как Бог, Он мог объявить истинное учение через небесный «рупор», с громом, так чтобы всем на планете стало всё ясно, а дальше выбирай – добро или зло. Но Господь посеял зёрна, положил закваску. Смертным страданием и воскресеньем Он искупил человека от власти смерти и греха, но человек ещё должен сам преобразиться для Царства Небесного, горчичное семечко должно превратиться в дерево. Господь спасает нас не без нас, мы становимся Его помощниками в деле спасения людей, совершаем это в сотворчестве с Ним. Так было со времён первых христиан, когда одни писали мудрые книги, другие же шли в огонь и на арену к тиграм, и, демонстрируя свою верность Христу, обращали зрителей-зевак.

Сегодня у христиан пафос иной: мы скорее готовы вычеркивать человека из списка спасающихся. «Католики не спасутся, потому что еретики». «Бойцы АТО не спасутся, ибо воюют супротив Святой Руси». «Американцы не спасутся, ибо у них гей-парады на улицах». «Соседка-свечница Семёновна не спасётся тоже. Она конечно Богу служит, раз в Церкви работает. Но трепло у неё как помело, а чую я, что в празднословии она кается недостаточно». Кто же спасётся? «Святой человек, простоявший десять лет на столпе без еды, питья и одежды на коленях». А твоя грешная душа? «Держу ум во аде и не отчаиваюсь».

Тяжело держать ум во аде. Про себя-то человек подсознательно понимает: Господь, столько раз приходивший мне на помощь в самых мелких моих молитвах, исцелявший меня от болезней, присылавший за мной на ночные трассы автобус, дававший нужный билет на экзамене – неужели Он меня не пожалеет и отправит во ад? Однако другого мы отправляем туда с лёгкостью, сами при этом исполняясь сознанием собственной правоты. Иногда язык так и жаждет возразить: «Бога-то вы спросили, вынося свой вердикт…» «Бога-то? Так афонские старцы говорят…»

Любимый спор православных ревнителей Великим постом – о спасении абортированных младенцев. Очень «благочестиво», скрестив руки на груди, отчеканить: «Конечно они не спасутся, ибо не крещены». Ух, какая истерика будет с неофиткой, совершавшей аборты в светской молодости! Сколько она закажет молебнов, а в монастырь пойдёт – сколько повкалывает на послушаниях! Но допустим женщина вытрет слёзы и включит здравый смысл. Принесёт она покаяние, выполнит епитимью (да при крещении все грехи прощаются, так что «повезло», если не крещена), и её душу Господь заберёт в рай. А некрещённый, убитый ею младенчик будет вечно в пламени мучиться? Какой с сознанием этого может быть рай? Если и самой не спастись, какой же прок что-то делать, живи как живётся?

И начинается фольклорное творчество. То правило схимонахини Антонии, то рассказе о мученике Уаре, который отмолил весь некрещенный род. То говорится, что младенчики в Царство Божие не войдут, но останутся в неопределённом состоянии, без блага и страдания (а то они не по образу Божию сотворены!) То говорится, что войдут, но навеки будут слепыми (не менее жестокая выдумка).

Но как же иначе? Нельзя же спасать некрещенных, кроме одного разве благоразумного разбойника?

В Библии есть слова: «кто не родится от воды и Духа», «если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни». К кому обращены они? К тому, кто читает Писание, слушает проповедь Христа, а не абстрактным младенцам. Им доверена истина – духовное сокровище и оружие. Младенец же читать не умеет, и возможно никогда не научится, если родится с болезнью Дауна в тяжелой форме.

Как же тогда?… По вере нашей и по милости Божией. Как муж неверующий спасается женой верующей, и дети их святы… Но уповая на милость Его, важно оставить пространство и для Его тайны, проявления Его свободы.

Невозможное человекам возможно Богу. Ведь и на кресте Спаситель молится не только об одном разбойнике, но и о прощении своих мучителей.

Фарисеи были хранителями верного религиозного учения того времени, считали себя вправе искушать кого-то, ставя вопросы-ловушки, и обвинять в ереси. Им был задан конкретный вопрос: «крещение Иоанново откуда было: с небес, или от человеков?» «Они же рассуждали между собою: если скажем: с небес, то Он скажет нам: почему же вы не поверили ему? А если сказать: от человеков, – боимся народа, ибо все почитают Иоанна за пророка. И сказали в ответ Иисусу: не знаем. Сказал им и Он: и Я вам не скажу, какою властью это делаю» (Мф. 21:25-27).

Вот и нам, современным фарисеям, Господь не обязан давать точные формулировки в ответ на всякие казуистические вопрошания. Это всё равно, что доверять детям спички. Мы начнём размахивать истиной как мечом, казнить еретиков, которым всё равно нет спасения, устроим религиозные войны за правильное толкование перевода этих слов с древнегреческого на латынь. Любите Бога? Верите в милость и благость Его? Сидите и спасайтесь спокойно, без «спичек», с которыми вы уже показали способность обращаться.

Юрий Эльберт