Слово о второбрачных в РКЦ

Уже сто раз говорили, у отцов, кажется я тоже читал, что легче всего осудить тот грех, который не совершал.

Сегодня мне хотелось бы поразмыслить о папской энциклике «Amoris Laetitia», посвященной вопросам семейной жизни. Не удержусь от сарказма, но некоторые традиционалисты пишут это название с ошибками, что само по себе удивительно, вроде как тридентину должны наизусть знать, и служить образцом так сказать. Но, не в этом суть.

Я даже не буду касаться сути этого документа. Я о другом.

Да, брак является незыблемым, единственным и далее по тексту. Развод же — повреждение, раскол, и так далее и тому подобное. Все это — в идеале.

Ратовать за отлучение разведенных второбрачных от Причастия, грозить карами небесными а также поднимать вопль до неба о рушащихся основах Церкви, если разведенным и вступившим во второй брак будет позволено поднять голову в церкви — так поступают, как правило, те, кто живет без брака, либо в браке счастлив.

Они правы лишь в одном — нельзя разрушать брак полностью осознанный, когда оба супруга — христиане и отдают себе отчет в том, чем их брак является.

А как быть с насилием в семье? Как быть, когда папа-наркоман является угрозой жизни и матери и ребенку? Когда одним из супругов подло воспользовались, надев смиренную маску христианина, а потом просто улучшили свои жилищные условия, а достигнув своей цели проявили свое истинное лицо? Лицо человека корыстного и лживого, которому лишь нужно было материальное, и ни о каком христианстве не шла речь?

Можно проводить тысячу катехизаций, объяснять сто раз о смысле, но человек подлый продумает свою тактику до конца и пойдет по трупам в достижении своей цели. Нет же, даже и в этом случае ревнители продолжают толкать в объятия лжи, надеясь, что даже сделка с дьяволом способна имитировать мир и любовь.

Ничего этого не произойдет. Спасение от побоев — уход из семьи. Там, где бьют — любви нет. Там, где изменяют и лгут — тоже нет любви. И вот, человек остается один. У него никого нет, кроме Бога. И он приходит в Церковь, за помощью, молитвой и покаянием.

Нет, говорит Церковь — ты не стал жить с наркоманом, драчуном и изменником. Пусть он бросил тебя сам, но виноват все равно ты. Ты — отлучен от Причастия. За что, спрашивает человек? Плохо старался, скорее всего, будет ответ.

Я плохо терпел побои? Я не простил измены? Я не дал собой пользоваться до конца как вещью, как тряпкой, которой без конца вытирают пол? Да, так говорит Церковь, и без размышления, прав ты или нет.

Изможденный человек может создать вторую, счастливую христианскую семью — и за это следует наказание. Наказание за во общем то мир, если таковой наступает во втором браке.

Конечно же, нельзя рассматривать бесконечное количество браков, это уже насмешка, но если второй брак — устойчив, счастлив и живет в Христовой любви, то наказания за него быть не должно. Нельзя снова бросать человека в худшие условия и заставлять его жить в первом, антихристианском браке, пусть даже этот союз и благословлен Церковью.

Наконец, появляется свет в конце этого мрака — издается труд, посвященный рассмотрению этой проблемы, робко лишь пытаясь разобраться в каждой ситуации индивидуально, отделить развод, скажем из-за проблемы «кому горшок мыть», которую можно и решить, от невозможных для разрешения проблем в семье, когда на глазах у детей происходят измены родителей, когда мама приводит десятого «папу», а это видят наши с вами христианские дети, которых мы обязаны воспитать не ханжами, а какой пример будет подан этой «псевдохристианской семьей»?

Неужели нужно упрямо стоять без рассуждения в каждом конкретном случае и раздавать наказание обеим сторонам? А нужно ли Церкви такое лицемерие, глубоко противное христианству? Вижу, что осуждают эту позицию те, кто в браке не жил, либо такие проблемы не касались их, а были лишь «на слуху». Жду камней.

Михаил Чернов