Слово о Юрии Гагарине и его христианской вере

К 50-летней годовщине Юрия Гагарина на Владимирщине построили памятную часовню

27 марта неподалеку от места гибели Юрия Гагарина, в деревне Новоселово Владимирской области, была освящена часовня, названная в честь небесного покровителя первого космонавта — великомученика Георгия Победоносца. В связи с этим событием нам хотелось бы поговорить о христианском аспекте жизни Юрия Алексеевича Гагарина.

Будущий космонавт родился в 1934 году в семье верующих людей — Алексея Ивановича и Анны Тимофеевны Гагариных. Родители Юрия Алексеевича происходили из простых смоленских крестьян. После окончания Великой Отечественной войны, в 1948 году, их семья перебралась в город Гжатск. Именно здесь им посчастливилось соприкоснуться с игуменом Никоном Воробьевым. Знакомство с ним как с тогдашним настоятелем местного храма в честь Вознесения Господня позволило им укрепиться в вере и воцерковиться. Зная то, что все свои проповеди игумен сводил к необходимости вдумчивого покаяния можно предположить, что он стал первым исповедником или даже духовником будущего космонавта.

Интересно, что впоследствии Юрий Гагарин не побоялся стать крестным своей племянницы Татьяны Филатовой, а также окрестить обеих своих дочерей. Также известно, что его родители всю жизнь открыто молились перед домашними иконами, несмотря на замечания со стороны местной партийной власти. Поэтому настоящим чудом было то, что он, христианин, был отобран из 3500 претендентов для первого запуска человека в космос. В этой связи примечательной кажется находка космонавта Алексея Леонова:

«Я совсем недавно нашел у К. Э. Циолковского очень интересную записочку, о которой мало кто знает. Он писал:

«Я свободно представляю первого человека, преодолевшего земное притяжение и полетевшего в межпланетное пространство. И я могу без труда обрисовать его. Он русский, гражданин Советского Союза, по профессии, скорее всего, летчик. У него отвага умная, лишенная духовного безрассудства. Представляю его открытое русское лицо, голубые глаза сокола». Циолковский это написал в 1935-м году. За 26 лет до полета Гагарина! Тогда Юрию и года не было… (Из книги: Леонов А. А. Время первых. «Судьба моя – я сам…»)

В 1964-м году Гагарин вместе с двумя товарищами съездил в Троице-Сергиеву лавру. Переоделись в гражданское, думал – не узнают. Но, конечно, узнали, обступили. От толпы его увел наместник архиепископ Пимен Хмелевский. Это был человек необыкновенной духовной силы: судите сами — к примеру, о своем приходе к вере он говорил такими словами:

Пимен Хмелевский«В Церковь меня привело восхищение перед красотой, которую я, будучи ещё ребёнком, видел, посещая храмы с матерью. Потом пришли годы, когда Церковь стали преследовать, церковнослужителей и сами храмы уничтожать, а иконы, собранные в громадные кучи, сжигать. При виде всего этого крепло во мне чувство — защитить эту красоту, отдать вере жизнь и связать с ней свою судьбу навсегда и бесповоротно».

К слову, во время войны будущий Владыка Пимен остался сиротой, а в двадцать лет он уже поступил в Жировицкий монастырь, где он смог подготовиться к поступлению в Минскую семинарию, а после ее окончания — поступить в Московскую духовную академию. По воспоминаниям современников, своим аскетизмом, скромностью, тактичностью и образованностью этот человек привлек к себе внимание известных представителей советской интеллигенции: художников Р. Кента, А. Н. Бенуа, композитора Б. Бриттена, виолончелиста М. Ростроповича, певицу Г. Вишневскую и писателя К. Чуковского. Его последующее архиерейское правление в Саратовской епархии оставило о себе настолько добрую память, что местные священники и верующие в течение пятнадцати лет продолжают изучать его духовное наследие на Пименовских чтениях.

Неудивительно, что пообщавшись с таким ярким проповедником и увидев в его кабинете макет варварски разрушенного храма Христа Спасителя, Юрий Гагарин в своем декабрьском выступлении на пленуме ЦК ВЛКСМ 1965 года с трибуны предложил восстановить этот храм как памятник победы в войне с Наполеоном. Конечно, его выступление осталось без последствий и без подвижек для восстановления храма. Оно было замято самим Брежневым.

В 1960-ых годах Анна Тимофеевна Гагарина неоднократно приезжала за духовными советами к схимонахине Макарии (Артемьевой). В 1968 году она приехала к этой известной подвижнице вместе с сыном, но он воспринимал ее просто как больную старушку: стремился ей помочь, привезя к ней хороших врачей. В тот приезд он не внял ее предостережениям об опасности дальнейших полетов. И после его смерти именно эта старица позаботилась о его заочном отпевании.

Таким образом, мы видим, что Юрий Алексеевич Гагарин был приверженцем православных духовно-нравственных ценностей (еще больше свидетельств этому вы сможете найти в статье по ссылке ниже).

Однако у критиков этой точки зрения остается, на первый взгляд, сильный аргумент — цитата из автобиографии первого космонавта: «Полет человека в космос нанес сокрушительный удар церковникам. В потоках писем, идущих ко мне, я с удовлетворением читал признания, в которых верующие под впечатлением достижений науки отрекались от бога, соглашались с тем, что бога нет и всё связанное с его именем — выдумка и чепуха».

Впрочем, по мнению историка Тревора Роквелла из Университета Виктории, эту книгу («Дорога в космос») можно считать автобиографической лишь условно, относясь к её содержанию с большой долей скептицизма. Он обращает внимание на тот факт, что из уст Гагарина книгу записывали корреспонденты газеты «Правда» Н. Денисов и С. Борзенко, а редактором был высокопоставленный советский офицер Николай Каманин. Лично у меня нет сомнений в том, что к ее тексту прикоснулась цензура, да и сам космонавт не мог говорить в этом цикле интервью того, что он думал.

Подготовил Кирилл Белоусов

При подготовке материала была использована обширная статья Татьяны Радыновой, снабженная всеми необходимыми библиографическими ссылками.