Быть? Иметь? Казаться?

Христианин в виртуальном мире потребления

Ныне век потребления и постмодерна, которые принято ругать. И особенно виноват оказывается интернет, виртуальная реальность. Ведь виртуальное – «то, чего нет». Значит ложь? Выходит христианин обречен ныне существовать в сплошном окружении лжи?

Главный принцип, определяющий и одновременно обличающий общество потребления, это знаменитый вопрос Эриха Фромма: «иметь или быть?» На первый взгляд все просто. Стану ли я классным лыжником оттого, что приобрету лыжи, палки и ботинки самых раскрученных брендов? Естественно нет! Отсюда можно сделать вывод, что общество потребления, предпочитающее «иметь», а не «быть» – это общество тотальной лжи, лицемерия и хуже того, симулякров (то есть пустышек, символов за которыми ничего не стоит).

Хотя тот же спорт может дать и иные примеры. Например, в любом коллективе найдутся футбольные болельщики. Отнюдь не всегда сами эти люди спортсмены или хотя бы ведут здоровый образ жизни. Футболка с логотипом «Спартака» или кепка с надписью «Динамо» дают им нечто другое, чувство единения. Точно так же в первое воскресение августа на улицу выходят мужички за сорок, тельняшка надувается на пивном брюшке, а гимнастерка не сходится. Но пускай все видят: бывших десантников не бывает!

Так что граница между быть и иметь не всегда очевидна. Вот в православном храме стоят современные мытарь и фарисей. Человек воцерковлен, регулярно участвует в таинствах, не пропускает служб на крупные праздники, на приходе помогает. И рядом женщина, зашла поставить свечку и поплакать, ибо ребенок болен. Она всегда «только свечки ставит», Евангелие она сейчас не откроет, не сосредоточится, ибо расстроена. Можно конечно оперативно «воцерковить» ее: уговорить причаститься, съездить в монастырь к знаменитому старцу (вот и рейс паломнический собирается), получить епитимию на чтение нескольких канонов или кафизм в день на непонятном ей славянском языке. Она выполнит все послушно и буквально, как впрочем выполняла бы и советы бабки-целительницы, буде та встретилась бы ей первой. Но скорее всего ни того, ни другого, просто поплачет и уйдет. И чья слеза перед Богом дороже? Чья вера сильнее?

Мы христиане? Или только будем христианами в жизни будущего века, а пока лишь имеем крестик на шее?

При этом, у воцерковленных христиан существует и свое потребление. Допустим, поехал человек в паломничество (а может просто мощи привезли) и привез на память земельку и иконку в ламинате, образ прп. Макария Жабынского. На полке она долго не задержится, у каждого из нас таких бумажных икон десятки (кстати, удобно хранить их в альбомах-кляссерах для открыток и фотографий). Часто ли человек будет молиться Макарию Жабынскому? Раз в год, в его праздник пропоет по календарю тропарь, и то если вспомнит. Остальное время икона будет пылиться «под спудом», а земелька из прохудившегося целлофана высыплется.

Да, это потребление, и ничего страшного здесь нет. Софрино миллионными тиражами выпускает иконки в ламинате. Кстати, в церковно-славянском языке «потребити» скорее означает «проглотить». Диакон потребил Святые Дары после службы. Потребил просфору.

В общем было что-то святое, золотое, прекрасное, но потратилось на человека. Обычную старушку в платочке и пальто. Бог даёт нам дары, а мы увы далеко не всё приумножаем, как таланты в евангельской притче. Кое-что и проглатываем, потребляем. Кушать тоже надо.

Ещё интереснее ситуация в интернете. Здесь «иметь или быть?» соприкасается с другим старым философским вопросом: «быть или казаться?» Можно составить из них: «иметь или казаться?»

Та же иконка в виртуальном мире не стоит ничего. Просто нажми стрелку, репост, и она появится у тебя на стене, на странице социальной сети. Но её как бы и нет, нельзя подержать её в руках, приложиться (хотя некоторые прикладываются к экрану смартфона). Так же и семь томов сочинений святителя Игнатия Брянчанинова. Их как бы нет, но при этом ты можешь читать их с любого места. Что важнее текст или предмет? А можно побывать сегодня вечером на онлайн-богослужении в Александро-Невской лавре. Елея на помазании не получишь, конечно, зато помолишься «едиными устами и сердцем» вместе со всеми, кто стоит непосредственно в храме.

Ведь и в традиционном обществе крестьянин не на каждом богослужении стоит. В страду пахарь с утра в поле, вдруг слышит размеренные удары колокола. Сейчас «Милость мира». «Господи, да будут дары сия честное Тело Твое и честная Кровь Твоя, – крестится человек. – Помоги, Боже, всем приступающим к Чаше». Потом он естественно берется за плуг, но разве он не со-молитвенник тем, кто молится в храме? А в чем разница с онлайном?

Конечно, одно крестное знамение многочасовой службы, вычитанных канонов и поста не заметит или … (после многоточия каждый произносит свой суд ближнему). Но никто с этим и не спорит.

Возьмем более приземленные примеры. Располневшая женщина складывает на свою страничку рецепты для похудения, а сама их не выполняет. Обманщица? Вот пенсионер, из дома не выходит, зато целые дни проводит на форуме покорителей камчатских сопок? Может, он служил там и вспоминает юность, а, может, служил в казахских степях, а о Камчатке лишь мечтал, но все равно вспоминает юность? Обманщик. Другой же едет в «виртуальной» электричке по заснеженной Швейцарии, и смотрит в окно поезда, который в данный момент действительно едет в Берн, и вокруг него действительно сугробы.

А кто-то размещает на странице собственные стихи. Выпусти он за свой счет книжку тиражом 100 экземпляров, продавал бы ее на пешеходном «арбате» или раздаривал. Кто-то вежливо примет, но не раскрыв бросит на полку. В интернете же у него пятнадцать читателей, но для них он – Пушкин.

Интернет помогает осуществлять мечты (ох уж эти мечты), только виртуально. Находить себе собеседников, говорящих на одном языке. А в итоге …находить себя. Разве это плохо?

Конечно, плохо! – воскликнет кто-то. – Греховная самость! Гордыня! Но и гордиться-то положим нечем, пространство же виртуальное. Нет на самом деле ни Швейцарии, ни Камчатки, ни поездов, ни пыльных библиотек. Есть только компьютер, стол да твоя туша в кресле.

Но разве мало? Разве это мало – человек?

В дни эпидемии некоторые храмы стали транслировать богослужение онлайн, другие отказались. Никаких особенных затрат для этого не надо, только свободный сотовый телефон да штатив (вместо подставки можно использовать обрезок пластиковой бутылки).

Однако сколько раз приходилось слышать: «Фи, виртуальное богослужение – это не молитва. Ты телек посмотрел, лежа на диване, разве помолился?» А если не лежа, с поклонами? А если просто до храма добраться не смог, как бывает с немощными пенсионерами не только в карантин?

А если даже смог бы, но не захотел, предпочел выспаться, но онлайн-таки включил, это как?

А так, что Господь видит сердце человека и по тому судит его. Евангельская притча о сеятеле годится для интернета как и для оффлайна: одни семена падают при дороге, и человек тут же переключается на мерцающие сбоку ютубовские клипы. Другие на камень, и человек не обретает былого спокойствия душе. Третьи в тернии, а уж их, земных забот в нашей жизни предостаточно. Но что-то прорастет и принесет плод! В обычной жизни так же, и Сеятель не жалеет семян!

Конечно, в Интернете встречаются глупость и гордыня. А также «измена, трусость и обман». Даже разврат. И что хуже всего – «постправда». Последнее, когда нечто выдается за правду только потому, что масса поддерживает и репостит ее. Что-то вроде телепропаганды в былые времена, «чего не показано по телевизору, того не существует»; просто сейчас любая группа в соцсетях – сама себе телевизор. Хуже, когда сама себе секта.

Но и тут христианин должен оставаться христианином. И речь не только о том, чтобы на эротические сайты не ходить (да уж, когда произносились слова «взирать на женщину с вожделением», таких уловок не было).

Просто каждое высказывание человека в интернете становится поступком. А поступки бывают греховными или нет, нечаянными или нарочными. И христианская совесть по-прежнему действенный инструмент. Конечно, тело человека в виртуальном мире грешит меньше, скажем, нельзя в пост съесть цифровую фотографию бифштекса, а вот насладиться его созерцанием… Но это опять же вопрос самодисциплины. Тело превращается в греховную плоть, когда взыграет наша самость. Здесь и ответ, грешит ли человек, в пост грызущий сухарик и рассматривающий меню ресторана на Манхэттене (вряд ли кто-то в этом кается).

«По вере вашей да будет вам», – обещает нам Господь (Мф. 9:29). Так что для кого виртуальность в интернете реальнее реальности – тогда и спрос с него соответствующий, «от слов своих оправдаешься и от слов своих осудишься» (Мф.12:37).

Христос же исцеляет всякого, обращающегося к Нему. И слепцов, которым помазывает глаза священным «брением». И женщину, которая коснулась тайком края Его ризы. И даже слугу сотника в Капернауме (Мф. 8:5-13), не заходя к тому домой. Дистанционно.

Остап Давыдов