И снова о неообновленчестве

Следующая статья Юрия Эльберта в продолжение темы о неообновленчестве митрополита Тихона (Шевкунова) была более сдержанная и без грубых окриков, но содержание ее не менее мутное, чем у предыдущей. Мне понятно, что Ю.Эльберт выступает в защиту Владыки. Делает ли он это по личному убеждению или по заданию — не ясно.

Отвечаю только по причине борьбы с ложью и неправдой, которую сказал митрополит Тихон, и которую в лице данного владыки защищает мой оппонент. Главная ложь псковского архиерея заключается в том, что он отождествляет Россию и СССР, русское и советское — тем самым, оправдывая богоборческий, преступный и античеловеческий режим.

Самое поразительное то, что это делает епископ церкви, которая была почти полностью физически уничтожена и до 1991 года преследовалась советским режимом. Это и есть обновленчество. Самое настоящее. «Советское государство – не Россия. Эту историческую и политическую истину надо понять и почувствовать раз навсегда и до конца. Это должны сделать прежде всего все русские люди, а затем и все народы вселенной. Продумать нерусскость Советчины надо с той последовательностью и решительностью, с которой это сделали сами коммунисты. А затем надо принять все вытекающие отсюда существенные выводы» , — пишет Иван Ильин.

Именно то, что Иван Ильин называет ложью, и пытается нам внушить псковский митрополит. И это не просто “риторическая фраза”, как пытается спасти положение Ю.Эльберт. Это довольно последовательная позиция, которую Владыка Тихон довольно четко выражает и пытается обосновать даже вопреки здравому смыслу.

Ю.Эльберт пишет: «Что касается стремления Балакшиной, отцов Павлова и Митрофанова дистанцировать обновление от обновленчества, так это исключительно ради того, что рекомые церковные консерваторы их отождествляют. “Ты за перевод богослужения на русский? А может ты агент ГПУ… то есть ЦРУ?”» То есть на самом деле обновленчество и обновление — это одно и тоже, и Ю.В. Балакшина и о. Павел и о.Георгий их различают только из-за консерваторов? Это такой политический ход?

Мне кажется, странно додумывать что-то за других. Все ведущие историки говорят о том, что обновленчество порождено советским режимом. Участники встречи в СФИ, про которую я рассказываю в предыдущей статье, называли обманом попытку отождествить движение за обновление и с обновлеченством. И этот обман продолжает Ю.Эльберт. Вот что говорит об обновленчестве в статье медиа-проекта “Стол” свящ. Илья Соловьев: «Но если характерной чертой движения за церковное обновление до революции было стремление к освобождению Церкви от слишком тесных “объятий государства”, то руководство обновленческого раскола, напротив, фактически стремилось восстановить симфонию с властью, несмотря на то, что власть была явно антихристианской».

Непонятно, что Ю.Эльберт хочет доказать, говоря, что обновленцев тоже расстреливали и сажали в лагеря? Чекисты и самые ортодоксальные большевики тоже попадали в жернова репрессивной машины! И что? Ягоду и Ежова тоже расстреляли. Это как-то противоречит тому, что они были наемными палачами и убийцами советского режима, или противоречит тому, что церковь была почти уничтожена к концу XX-ого века? Также совершенно не понятны размышления Эльберта о том: мученики ли священники, расстрелянные за веру, или нет. Это к чему вообще?

Особенно странно вот это предложение: «Никакого особого гонения в 1937 на каноническую Церковь не было, отличного от гонений на всё население страны». Что значит “особое” гонение? Есть какое-то “дежурное” гонение? Советская власть к 1943 году практически уничтожила самую крупную поместную православную церковь. 120 тысяч священнослужителей было убито. Да, от Голодомора погибло больше. Порядка 8 миллионов. Крестьян было убито больше, чем священников. Вообще больше всех пострадало именно крестьянство — самое большое сословие бывшей империи. И что это меняет? Это разве как-то противоречит тому, что советский режим был преступным и гибельным для страны, что он был богоборческим?

Были ли убитые священники мучениками? Конечно, в этом можно не сомневаться. В СССР не было статьи “за веру во Христа”. Уничтожали верующих (и не только священников) обычно за “антисоветскую деятельность”. Если следовать логике Ю. Эльберта, то у нас вообще мучеников нет. Потому что большинству не предлагали отрекаться от Христа, а наоборот, могли даже пообещать приход и хорошее положение при переходе в обновленчество или при согласии на сотрудничество с НКВД. Священников убивали прежде всего потому, что они священники. И быть священником или открыто верующим мирянином в 1930-ые — это уже исповедничество.

Конечно, многие сначала были обмануты обновленцами и искренне и по неведению переходили к раскольникам. Но после часто переходили через покаяние в каноническую церковь. Как например священномученик Феофан (Адаменко), который имел благословение от митр. Сергия (Старогородского) служить на русском, и которого очень не любил лидер обновленцев Александр Введенский, который был, вопреки расхожему мнению, категорически против русского языка богослужения и называл служение на русском “адамовщиной”.

Но это совсем не значит, что обновленчество уходит корнями в движение обновления. Практически все участники движения обновления были уничтожены, а вот обновленцы в подавляющем своем большинстве остались живы. На мой взгляд, принципиально важно понимать то, что СССР был богоборческим, антирусским, античеловеческим государством. Которое уничтожило беспрецедентное количество людей по классовому признаку, почти уничтожило крупнейшую поместную православную церковь. До самого своего развала атеизм и богоборчество были официальной идеологией советского государства. Поэтому жалеть православному епископу о развале СССР — то же самое, что раввину жалеть о распаде Третьего рейха.

Александр Королев