Страхи мешают человеку в Церкви быть собой

Психолог-консультант Елена Шевченко: Интервью о психологии и обретении себя 

Что мешает человеку в церкви быть собой?

– Могу говорить только из своего опыта. Думаю, основная причина — это страхи. Стать собой — это проявиться. А страх говорит: сиди и не высовывайся. Там небезопасно! Делай только то, что тебе говорят. Будь как все… Пока человек боится — он не слышит себя. Поэтому и стать собой невозможно, где этот Я? Далеко-далеко спрятан.

– Почему страхи так свойственны верующим бывшего СССР? Почему тут не верят в хорошее в жизни?

– Тут, думаю много факторов. Исторических, культурных и даже географических… Жить страшно — опыт поколений, через установки передающийся по наследству…

Чтобы верить в хорошее нужен опыт. Даже для того, чтобы в Деда Мороза поверить нужен хотя бы минимальный опыт добра, небезразличия к своим желаниям.

Что такое хорошее в рамках недавно ушедшей эпохи? Это ,как правило, не то, к чему стремится сердце, в чем ты созвучен с Богом… Не то, что Бог обозначил: это хорошо, а то, что сказали те, кто старше, главнее, важнее, статуснее… Это чужое «хорошо» часто для тебя ад и тюрьма, навязанное добро, за которое еще нужно быть благодарным…

Соответственно, Бог = начальник, у Него свое «хорошо» и Ему все равно как мне при этом. Ему не до меня, не до тонкостей моей души. Терпи и смиряйся!

– Отсюда же и желание верующих РПЦ смирять других? Как бороться с таким насилием, если вы не Лара Крофт и не Шварценеггер?

– Не могу сказать обо всех случаях, но часто кнут для смирения другого хватают из-за того же страха: как же это ближний гибнет, а ты бездеятелен? С меня же Бог спросит, почему я молчал? А иногда искренне не видят, что это неуважение к другому, эмоциональное насилие. Я ж как лучше хочу! Тоже наследие эпохи во многом.

Как реагировать? Главное, думаю, уважение к себе и другому, чтоб не началось перетягивание каната, кто кого лучше смиряет. А там уж — творческий подход нам в помощь — на что хватает сил, смекалки и юмора.

– Но у нас исторически не принято уважать друг друга… Да и вера понимается в том ключе, что я ничтожество…

– Больно и грустно… Если бы не Христос, то можно было бы сказать, безнадежно, как и все без Него… Но в том и радость, что Церковь над историей, над человеческими неврозами и страхами… и она дает человеку перерасти все это ненастоящее, ложное и обрести обещанную радость, которую не увидеть из состояния «Я — ничтожество».

– А как начать выход из этого состояния?

– Первое — перестать врать себе и Богу. Начинать называть вещи своими именами: не я смиряюсь, потому что начальство от Бога, а я злюсь, но боюсь начальника, не могу себя защитить… гоню сына-подростка в храм не из благочестия, а из страха осуждения и стыда …

Взять ответственность за свою жизнь: шаблонов готовых решений как тебе жить нет ни у священника, ни у Христа. Есть заповеди, твои желания, твоя ответственность и твой выбор.

И не путать инстанции: с покаянием — в Церковь; с болезнями — к врачам; со страхами, нерешительностью, вспышками агрессии, тревожностью — к психологу.

– Что означают слова Толкиена: «Я думаю, никакие мирские страхи не должны мешать нам стремится к свету»?

– Прекрасные слова! Что тут добавить? Страхи — это сети. Попадая в них, мы можем быть очень активными, куда-то бежать, что-то делать, вести «священные» войны, но только еще больше вязнем в этих сетях. Нам уготован Фавор, а мы барахтаемся в сетях лжи, думая, что это и есть духовная жизнь, что это и все, что мы можем …

– А почему православные советского образца так боятся фотоаппарата и так его ненавидят?

– Интересное наблюдение. Не знаю. Может быть, как вариант, это связано с тем, что… Фотография являет тебе и миру тебя. Я есть такой, какой есть. А мне часто трудно себя таким принимать. Либо идеально — либо никак, уйти в тень. Это похоже на смятение при вопросе: Адам,где ты?  Это место для диалога, территория роста… А если я хочу спрятаться, но меня кто-то пытается вытащить из норки, я могу агрессировать, нападать, ненавидеть тех, кто направляет камеру в мою сторону как бы призывая: проявись, действуй, живи!

Хотя это может быть просто от неловкости, природной скромности… не знаю…

– Вы лично когда-нибудь видели прихожан советского образца, избавившихся от советскости, от «раба внутри»?

– У меня нет наблюдений в стиле: до и после,т.к первые годы в церкви я сама была еще тот образец. Но среди тех людей, которых можно отнести к поколению советских я встречала свободных, ярких, звенящих настоящестью христиан, которые смотрели и смотрят на мир как на подарок Бога, которые не давят, не пугают, в их пространстве так легко быть собой, не опасаясь, что вот сейчас начнут травить тебя цитатами, рассказывать о вселенском заговоре и призывать прятаться от мира, не рожать ни детей, ни идеи, потому что последние времена настали…

Беседовал Артем Перлик

Смотрите также: Наша предыдущая беседа о травматическом опыте в Церкви.