Задача и природа религиозного государства

В современном христианстве нередко раздаются голоса о том, что сама идея христианского государства есть некая аномалия, якобы противоречащая самой природе Церкви. И при этом приводятся доводы, которые условно можно разделить на две группы: умозрительные (Христос не основывал новой империи) и практические (исторический опыт якобы показал утопичность идеи христианского государства). Что ж, ответим на это по существу.

1. Христос действительно не основывал новой империи, потому что изначальному замыслу Бога соответствовало вполне физическое воцарение Иисуса в качества царя Мессии из дома Давида над Израилем (Лк 1:32-33). То, что Израиль не принял своего Царя, не отменило Его планы, просто растянуло эсхатологический процесс на долгие годы. И Церковь в этом процессе играет существенную роль, ведь именно Она является в истории Телом Христа. Она являет Его миру, а Он живет в Ней как в Своем историческом организме, то есть Она – место Его Присутствия в этом мире. А потому опыт исторического Пути Церкви очень важен для нас. Мы не протестанты, чтобы отвергать все, что не вписывается в определенные представления о том, какой должна быть Церковь. И что же мы видим? Да, первые три с четвертью века Церковь была вне общества и государства. Но означает ли, что сама Церковь считала такое положение единственно правильным? Или она считала такое свое положение исторически обусловленным? Из того, что Церковь впоследствии спокойно приняла идею освящения государства, мы можем сделать вывод только о том, что Она не считала свое положение изгнанницы единственно верным и правильным. Получив в эпоху Константина «мир», Церковь начала стремительно подчинять своему влиянию и авторитету все сферы социальной и государственной жизни.

2. Насчет же практической стороны вопроса, то ее рассматривают как «довод» в силу того, что не понимают подлинной природы христианского государства. Сначала ему приписывают такие качества, которые ему не могут быть присущи, а потом говорят о несостоятельности идеи такого государства, ввиду того что ни одно государство не соответствует высоким идеям. Итак, чем является христианское государство? Оно однозначно не является Градом Божьим на земле или «Царством Бога, уже пришедшим в силе» (ср. Мк 9:1). Государство является воплощением идеи Церкви, а потому оно – не Град Бога, а образ (!) этого града. И, как всякий образ, оно несовершенно и не идентично Первообразу. Но это не значит, что оно ненужно или утопично. Просто не надо от образа требовать то, что относится только к Первообразу. Но из идеи несовершенства образа нельзя делать вывод о ненужности его в принципе. Чтоб это было понятно, сравним ситуацию с образом в отношении человека. Каждый христианин, через купель Крещения облекшийся во Христа, стал Его образом (1Кор 15:49; Гал 4:19; Еф 4:22-24; Флп 3:10). Каждый христианин – образ Христа для внешних и «царственное священство» для нехристиан, как и каждый епископ или пресвитер – образ Христа и Его священник для христиан. Но я думаю, никто не станет спорить с тем, что нет среди христиан и никогда не было совершенного образа Христа. Все мы лишь отчасти выражаем Его потенциал. А грехи наши препятствуют реализации глубины и полноты Образа Христова. Но это не значит, что мы должны отказаться от намерения быть образом Христа и секуляризировать себя, перестав жить по образу Его хотя бы отчасти! То, что верно относительно отдельного человека – верно и относительно общества и государства. Да, идея христианского государства как образа Града Божьего сталкивается с грехами и ошибками носителей и реализаторов этой идеи. Но это не значит, что мы должны отказаться от идеи христианского государства и секуляризироваться.

архимандрит Феогност (Пушков), кандидат богословия,

священник УПЦ МП. Телеграм-канал: https://t.me/o_thg