На смерть архиепископа, или пара слов о Томасе Бекете

Святой, о котором пойдет речь в этой заметке, прошел необычный жизненный путь. Упорным трудом он поднялся на вершины земной власти, а потом добровольно оставил их, предпочтя золотой парче власяницу, а королевским почестям мученическую смерть. Томас Бекет, архиепископ Кентербери, святой Католической Церкви и английский национальный герой, друг бедных, соратник короля (а затем и его личный враг), убитый прямо в храме четырьмя рыцарями.

«Бекет возражал против того, чтобы священника судил даже лорд — главный судья. И причина его была проста: потому что главного судью судил священник. Судебная власть сама была подчиненной. Короли сами оказались на скамье подсудимых. Идея заключалась в том, чтобы создать невидимое королевство, без армий и тюрем, но с полной свободой публично осуждать все царства земли»¹ – такими словами прокомментировал когда-то свой рассказ о святом Томасе небезызвестный в христианских кругах Гилберт Кит Честертон. И вправду, став одним из пастырей «невидимого королевства», Томас Бекет славно потрудился на ниве осуждения всех царств и несправедливостей этого мира.

История раз за разом показывает нам, что путь христианской Церкви – это крестный, по своей сути, путь. Церковь странствующая обречена на испытания, страдания и трудности. Сильным мира сего всегда было неудобно христианство, религия слишком свободная, возвышающая слабых и потрясающая престолы сильных, религия (о, ужас!), учащая тому, что поклонения достоин один только Бог, и ни кесарь, ни imperium место Его занять не могут. Полагаю, что в свете вышеперечисленного, нет смысла удивляться постоянным гонениям на христиан. Так было и во времена Нерона, так было и во времена Траяна, так было и во многие другие дни. Французская революция, императоры-иконоборцы, коммунистические режимы, протестантские короли – все они гнали Церковь и все потерпели поражение, ибо Невеста Христова стоит нетленной, а противники ее погребены под пеплом истории.

Часто гонители Церкви, особенно когда сами они происходили из христианской среды, вовсе не были против религии, и даже против «абстрактного» христианства как такового. Хочет человек молиться Богу – ну и пусть молится. Таким персонам нравилась «церковь» вообще, безликое собрание христиан, вместо примата Петра признающих над собой примат меча, особенно тогда, когда этот меч принадлежал очередной венценосной особе. Поэтому у врагов Церкви во все времена особенную ненависть вызывала власть Римских Пап. Подумать только, власть, которая выше земных государей, власть викария Христа, держащего власть королей в руке, словно меч и не более того.

Эпоха Средневековья, увы, не была исключением. Через всю историю так называемого Высокого Средневековья² красной нитью проходит противостояние Рима и светских государей за права инвеституры. Особенно острой эта борьба была между императорами Священной Римской империи и Римскими Папами. Бывало в этой долгой борьбе и бегство понтификов из Рима, и покаянные паломничества императора, когда августейший монарх на коленях молил Папу о прощении, бывали и рыцари, клявшиеся победить или умереть и много другое.

Причиной столь ожесточенного противостояния был тот факт, что средневековый епископ, был не только пастырем Церкви, но и владельцем значительных земельных владений. Само собой, что и Папа, и короли желали видеть на таком важном месте «своего» человека. Но за этой борьбой поднимался еще более серьезный вопрос: чья власть в Pax Christiana является большей: власть императоров или Римских Пап? Государь определяет жизнь Церкви или Церковь определяет жизнь государя?

Именно в такое сумрачное время, когда латинский мир, впервые за долгие века, начал выбираться из полуварварского состояния, когда ввысь поднялись шпили замков и готических соборов, родился Томас Бекет, будущий святой Католической Церкви.

Родился Томас в начале XII века, около 1118 года, в Лондоне. Вопреки распространенным представлениям, принадлежал будущий святой к семье довольно знатной: его родители прибыли на английскую землю с континента, из Нормандии. Мальчик принадлежал к привилегированной части общества: французской знати, владевшей Англией после 1066 года. В детстве он получил неплохое для своего времени образование, был научен читать и писать.

Жизнь свою Бекет связал с Церковью задолго до того, как стал архиепископом Кентерберийским: в 1141 году он поступил на службу клерком к тогдашнему архиепископу Теобальду. Зачем, по настоянию своего покровителя, Томас учился в великих университетах континента, Болонье и Осере. По возвращении в Англию Бекет был рукоположен в архидиаконы Кентербери.

Событием, изменившим всю жизнь будущего архиепископа стало его знакомство с королем Генрихом II Плантагенетом, взошедшем на английский трон после продолжительного периода междоусобиц и династических дрязг. Ему довелось войти в историю Англии в роли завоевателя, реформатора и убийцы Томаса Бекета. Но это было делом будущего, пока же Томас и король прекрасно ладили друг с другом. В 1155 году Бекет стал лордом-канцлером Англии. Дружеские взаимоотношения короля и Бекета удивляли современников. Король и канцлер были довольно похожи характерами: оба были трудолюбивы, но не прочь были и довольно по-ребячески развлечься в свободное время.

Томас Бекет был не только важнейшей фигурой административных реформ Генриха II, но и выдающимся вельможей. Он богато одевался, путешествовал с большой пышностью и, будучи рукоположенным архидиаконом, довольно активно участвовал в военных экспедициях короля, лично спешивая в бою французских рыцарей. Таков был вечный конфликт средневекового духовенства, в особенности той его части, которая была глубоко погружена в политику: слишком многие клирики оказывались ослеплены блеском стали и золота.

Нелегко остаться верным Богу, находясь в окружении могущественного и разгульного короля, особенно тогда, когда этот король конфликтует с Церковью. Жизненный путь святого Томаса в те годы не был идеальным: да, он сохранял личную добродетель, но, в то же время, он порой поддерживал короля в его антицерковных замыслах. Впрочем, и здесь все далеко не так однозначно, и Бекет, вероятно, имел некие границы, за которыми, в его глазах, право короля на власть заканчивалось.

В 1162 году по протекции короля Томас Бекет становится архиепископом Кентерберийским. Генрих, поставив на столь важный пост своего друга и соратника, рассчитывал таким образом окончательно подчинить себе Английскую Церковь, но планам его суждено было потерпеть крах.

Став архиепископом, Томас первым делом ушел с поста лорда-канцлера. Вся жизнь бывшего вельможи переменилась: он носил под епископским облачением власяницу, обедал с нищими, проводил время в долгих молитвах и строгих постах . Весь остаток жизни Бекет посвятил защите привилегий Английской Церкви от возрастающего влияния королевской власти. Вскоре их отношения с Генрихом испортились окончательно и превратились в настоящую вражду.

Финалом этого противостояния стало убийство архиепископа 29 декабря 1170 года. Началось все довольно невинно: узнав об отлучении Бекетом нескольких своих сторонников из числа клира от Церкви, Генрих в гневе произнес: «Неужели никто не избавит меня от этого беспокойного попа?!». Увы, четыре его рыцаря поняли эту фразу слишком буквально и, прибыв в Кентербери, отправились к епископу. Первоначально, они вовсе не хотели убивать Бекета, лишь потребовав от него явиться в Винчестер и предстать перед королем. После отказа архиепископа, он был убит прямо в храме.

Культ святого Томаса Бекета распространялся по Европе словно пожар. Всего через два года после гибели, архиепископ был канонизирован Папой Александром III. В 1174 году Генрих II предстал пред могилой святого, где совершил публичное покаяние.

История святого Томаса Бекета, как и многие другие, показывает нам, что никогда не поздно отринуть свою дурную, разгульную жизнь и последовать за Христом по тому пути, к которому Он призывает. История эта так же показывает, что напрасно некоторые считают Средневековье эпохой всеобщего благочестия, а монархию – оплотом христианской веры. Еще история святого Томаса учит нас тому, что поднимать голос против сильных мира сего ради правды Божией – это всегда нелегко и весьма небезопасно, но иного пути нет. Ведь не царь судит Церковь, но Церкви вверена власть судить и направлять царей.