Немногие близкие люди знают мою привычку: в декабре, под снегопад слушать песню «Отель Калифорния». Она появилась на свет в том же году, в каком появился на свет и я.
Но и когда я был старшеклассником, её вовсю крутили на дискотеках, а ещё заводил на переменах на радиоле школьный учитель литературы.
Я смотрел в окно на снегопад, улавливая обрывки фраз (не было тогда ещё возможности найти в интернете lyrics), и мечтал, как вырасту, выучу достаточно английский и непременно переведу её стихами.
Так же со мной мечтали наверное тысячи других школьников. Я вырос и понял, что перевести эту песню адекватно невозможно. Никто не знает, о чём она. Одни говорят, что о Голливуде и обществе потребления, другие – о лёгких наркотиках, есть версии, что о секте, о тюрьме, о психбольнице.
Каждый вкладывает своё. У меня, например, на завершающие строки «уou can check out any time you like, but you can never leave» приходит воспоминание: в Китае, в полчетвертого утра я выхожу с вещами на ресепшн гостиницы, сдаю карту гостя, вынимаю телефон, чтобы вызвать такси в аэропорт и… выясняется, что движение на ночь в городе перекрыто из-за праздника лунных печенек. (В итоге мне повезло, рейс задержали из-за того, что экипаж самолёта также не мог добраться до аэропорта из центра.)
Теперь мне кажется, что песня эта ещё и метафора нашей земной церковной жизни.
Ну о чём ещё могут быть слова:
…I heard the mission (!) bell
And I was thinking to myself:
This could be heaven or this could be hell.
Then she lit up a candle
And she showed me the way…
За церковной оградой кто-то видит первым делом мерседес… ой… Но ещё и массу ребят, которые называют друг друга друзьями, а точнее братьями и сёстрами. И некоторые из них кладут поклоны, чтобы познать свои грехи, а некоторые, чтобы забыть внешнее…
Some dance to remember,
Some dance to forget
А в монастырях для трудников прежние вечеринки с вином остаются в прошлом, и в полночь будят таинственные голоса, шепчущие молитву, собирающиеся на ночной братский молебен.
«Борись с грехами, брат, ты пленник собственных страстей! Держи ум во аде и не отчаивайся!»
We are all just prisoners here
Of our own device.
И неофиты взирают на духовников, на богословов, уж наверняка знающих верные ответы. Но…
… in the master’s chambers
They gather for the feast…
But they just can’t kill the beast.
Ну и дальше всем известно. Захочешь сбежать, но куда же убежишь от Неба – you can never leave.
В тексте несколько обнадёживает she, притом, что исполняется песня мужчинами. Что же многих на заре воцерковления в юности ждала и вполне земная любовь. Та почти забылась, а любовь к Церкви осталась.
А вечной песне скоро исполнится полвека. Во всяком случае 45 лет назад она была песней года по версии «Грэмми».
Юрий Эльберт