Летнее утро выдалось холодным и хмурым. Обычный день, не праздник, в храм на Литургию идти не обязательно. Но рано или поздно пора подниматься и начинать утреннее молитвенное правило.
Только как же молиться, если глаза слипаются, язык едва ворочается, мысли ещё не отошли от сна? Вот бы кофе! (После святой воды и просфоры, конечно, которые нужно натощак).
Или лучше терпеть и ждать, пока правило закончишь? Где грех, где не грех?
На самом деле, правильного ответа нет, всё зависит от человека, от ситуации. Если человек устраивает себе некоторый подвиг, преодолевая страсть к кофейному лакомству, как это осудить? С другой стороны, кому-то кофе и впрямь помогает настроиться на молитвенный лад.
Сразу скажем, напиток кофе сам по себе не греховен и молитве не вредит.
Чашечку кофе могут предложить в Греции, на Афоне только что прибывшему в обитель паломнику. Это древняя традиция – дать уставшему путнику что-нибудь сладкое, кусочек лукума и напиток для укрепления сил. Но раньше-то, до кофе, предлагали ракию! Алкоголь после изнурительной жары – вряд ли здоровый выбор.
Преподобный Иосиф Исихаст, афонский подвижник начала ХХ века, несколько раз упоминает кофе. Контекст таков: отшельнику нужно в одиночестве совершить всенощное бдение.
В нашем понимании Всенощная – это вечерня, повечерие, утреня и первый час. За 2, максимум 3 часа можно управиться. Но на Афоне иные правила, там бывают богослужения и более 10 часов, сокращать их не желательно. Если же монах, тем более священник живёт один, где-нибудь в горной карульской келье, и в храм попасть не может, да и не хочет нарушать одиночества, ему придётся совершать всенощную самому.
В храме люди читают и поют на клиросе, звенит кадило. Там вроде бы и не заснёшь. У подвижника же искушение поддаться сну и задремать куда больше.
«Проснувшись же, сотвори вечерню по четкам, а когда закончишь, выпей чашечку кофе в помощь бдению и начинай повечерие, в безмолвии, в темноте, про себя», – наставляет подвижников преподобный Иосиф Исихаст, и в другом месте: «Приготовь кофе в помощь бдению. И когда его выпьешь, начинай повечерие».
Обратим внимание: старец Иосиф советует пить кофе между вечерней и повечерием, то есть прервать ненадолго молитвенный труд, чтобы приготовить в своей келье бодрящий напиток.
Впрочем, в комментариях указано, что такой совет старца дан по снисхождению к немощам человеческим.
Обычным мирянам, тем более пожилым, важно ещё задаться вопросом: стоит ли принимать кофе на ночь? Точно ли ваша цель простоять на коленях, читая псалмы, целую ночь?
Другой старец ХХ века, преподобный Паисий Святогорец известен своей обширной перепиской с мирянами. Он менее строг.
«Чашечка кофе не только помогает бдению, но оказывает также большую помощь молодым, когда они испытывают естественную плотскую бурю… в подобных случаях очень помогает чашечка кофе, либо две при необходимости. Она вызывает бодрость и сразу же изгоняет все это плотское опьянение и одновременно сонливость и расслабление, а также чувство голода, и дает человеку все необходимые условия для того, чтобы подвизаться в посте, бдении и молитве…»
«Кофе не является дьявольским, но, когда кто-нибудь пьет много кофе, то его нервная система начинает расстраиваться, и он прибегает к помощи психиатров».
«И кофе тоже во вред, от него потом гримасничают, как я не знаю кто. Ушла Благодать Божия, вконец покинула людей».
Старец Паисий заваривал себе и гостям своим кофе в старой жестяной банке. Однажды духовные чада принесли ему механическую кофемолку, но он наотрез отказался, посчитав, что это вещь лишняя.
Кофе нужно заваривать в простоте, главное не кофе, а молитва, которой помогает бодрящий эффект напитка. Да-да, а топпинги для лавандового рафа – совсем необязательны.
Однако Иосиф Исихаст и Паисий Святогорец – святые ХХ столетия. А как же относились к кофе древние святые, современники Иоанна Златоуста, Иоанна Дамаскина, Григория Паламы?
Никак. Они просто о нём не подозревали.
С кофе, как напитком из ягод кофейного дерева человечество познакомилось достаточно поздно. И открыли его …турки. А турки, как мы помним, появились на исторической сцене во втором тысячелетии по Рождестве Христовом. В середине этого тысячелетия пал Константинополь, и христианам было не до того, чтобы перенимать обычаи врага.
Кофе в христианский мир пришёл примерно в шестнадцатом веке. Говорят, что на юге Испании и Италии во времена арабской оккупации, жителям был уже знаком кофе столетиями раньше, но обычай не прижился.
Был ещё известен древний рецепт кофе как лекарственного средства, но в Европе такого ингредиента было не достать.
К середине тысячелетия отношения Европы с Турцией постепенно нормализовались, в Стамбул отправились послы и путешественники. И обнаружили, что турки в жаркий полдень пьют бодрящий напиток в тавернах, употребляя слово «кейф». Да-да, современные слова кафе и кайф имеют родственное происхождение.
Кофейный «кайф» повезли на пробу королям и римским папам, его распробовали и дворяне. Одновременно, с кофе познакомились и простолюдины – благодаря морякам, которые не забывали и себе отсыпать ароматного порошка.
Были проповедники, которые считали кофе греховным, даже «сатанинским», но их мнения постепенно сошли на нет.
В Россию кофе пришло во времена Петра I. За несколько десятилетий до этого вошёл в употребление и китайский чай. Архиереи и священники, как просвещённые люди, к чаю и кофе относились спокойно. А вот старообрядческие начётчики – очень настороженно, ведь, как они считали, это признаки последних времён, и примета «никониан» (то есть нормальных людей из канонической Церкви). «Кто чай пьёт, тот отчаивается, а кофе на душе творит оковы», – гласила народная поговорка, но постепенно забылась и она.
Так что же, теперь не начинаем молитву без кофе, прерываем наше обращение к Богу, чтобы отхлебнуть ароматной гущи? Каждый решает этот вопрос по совести.
Вспоминается выражение о. Серафима Роуза, недавно канонизированного православного американца ХХ века, книги которого были популярны в девяностые годы – «богословие с сигаретой или бокалом вина». Имелись ввиду рассуждения о Боге вне молитвы людей, прежде всего искавших комфорта.
«Всё мне позволительно, но не всё полезно, всё мне позволительно, но ничто не должно обладать мною», – писал коринфянам апостол Павел (1 Кор. 6, 12). Знаем мы и слова Христа: «ничто, извне входящее в человека, не может осквернить его» (Мк. 7, 15).
Так и кофе – дар Божий пусть способствует здоровью, духовному и телесному, не доводя до болезни или страсти.
Юрий Эльберт