В последние годы мне не раз приходилось сталкиваться с тем, как мои друзья – гуманисты, умницы, с букетом научных признаний и званий, внезапно впадали в «заклин». Становились стальными их взгляд и голос. Несложно догадаться, что всякий раз это оказывалось связано с политическими событиями. Последний раз – в октябре уходящего года.
«А ты знаешь, что нас хотят уничтожить? А ты видел, как они наших детей сажают в клетки?» — после этого прикрепляется ссылка на видео с шок-контентом, а человеческое общение по идее должно заканчиваться. «Бесспорно, вылазка хамасовцев чудовищна. Но вы уверены, что ваша сторона во всем действует верно? Сможете ли вы мирно жить со вчерашними врагами на одной земле?» «Конечно, ведь они – зло, а мы на стороне добра. Разве добро может не победить?»
«Детская», по сути, позиция «мы добро, а значит победа будет за нами» ежедневно оплачивается десятками жизней в разных уголках планеты. И на Святой Земле снова и снова сбываются слова пророка Иеремии, повторенные в Евангелии от Матфея: «глас в Раме слышен, плач и рыдание и вопль великий; Рахиль плачет о детях своих и не хочет утешиться, ибо их нет».
Такое далеко не впервые в палестинской истории. Один царь идёт наказать нерадивость другого царя. А заодно и нерадивых журналистов ВВС. Нельзя написать «ЦАХАЛ обстрелял и занял больницу такую-то», надо непременно исправить на «освободил от боевиков, чтобы доставить туда медикаменты» (конечно, у каждой стороны были и свои раненные, которым тут же на месте оказывали помощь).
Самое интересное, что хамасовцам всё ни по чём, ни морская вода, ни залповый огонь. Они продолжают вымогать у противоположной стороны собственные политические цели.
И они уже взаправду надоели. Когда-то на буккроссинге в иерусалимском парке First Station я подобрал путеводитель конца 1990-х, из-за того что в нём был раздел про Газу. Посетите храм св. Порфирия Газского (тоже, как говорят, совсем не толерантного к иноверцам). Кафе, отели, пальмы, пляжи! Эх, такое побережье пропадает!
То, что делает сейчас ЦАХАЛ, кажется, называется зачисткой. Это — работа профессионалов. Вопрос в том, каким будет последующий мир. Что ждёт Западный берег – в том числе Восточный Иерусалим и тот самый Бейт-Лехем (Вифлеем), к которому обращены сегодня взоры христиан всего мира?
Я не знаю, каков в этой коллизии правильный ответ: аннексия Палестины или создание Палестинского государства (которое в общем и так есть, а признания никому не даются быстро). Проблема в том, что нарушилось хрупкое равновесие, удерживать которое и есть призвание политики. Конечно оно снова восстановится, но снова будет хрупким, пока филистимляне (другая огласовка слова палестинцы) не повторят то, что зафиксировано в их гимне «Фидаи, фидаи»: «я перешёл через гору (стену) и воевал, и покорял».
Несколько лет назад, проведя отпуск в Иерусалиме, я пользовался и арабскими маршрутками и зелёными «эгедами», но больше всего мне нравился иерусалимский трамвай. Один маршрут, зато пересекающий весь город: от окраины у парка Герцля и дороги на Эйн-Карем, через вокзал, через центральный рынок; у Дамасских ворот он заезжал и в арабскую часть, а в конце скрывался где-то в лабиринтах новостроек. Здесь естественно встречались и евреи, и арабы – все, кто купил транспортную карту «рав-кав». Болтали на разных, но похожих языках, везли в пакетах покупки, иногда некоторые даже уступали друг другу место. На трамвае можно было доехать до вокзала, откуда открывался путь хоть к пляжам, хоть к святым местам… ах да, кроме Вифлеема. Туда гражданам Израиля вход заказан, так называемая «зона А», но те, кто ещё сохранил российский паспорт, всё-таки пробирались… интересно же заглянуть глазком в другой мир.
Интересно, как бы добирались в Вифлеем сегодня персидские волхвы? Прилетели бы они в Бен-Гурион через Европу (из Ирана в Израиль гражданская авиация, как известно, не летает) и хитрили бы потом на КПП перед зоной А? Или перешли бы через Мост Алленби со стороны Иордании, стараясь не попадаться никаким израильтянам кроме пограничников? И неужели спецслужбы оставили бы персов без внимания? Так или иначе, были бы они, как и два тысячелетия назад, доставлены во дворец царя Ирода (он кстати где-то там имеется, среди туристических достопримечательностей).
А каким маршрутом бы следовало Святое семейство? Тут всё понятно: через Сихем (Шхем), по Самарии – территории Западного берега реки Иордан. Их бы не пустили только в начальный пункт – в Галилею, туда, где их дом. Или не выпустили бы. Или не впустили бы на КПП в Бейт-Лехем, и им пришлось бы ночевать в пещере за городом, где их навестили бы волхвы и простые феллахи. А после с бегством в Египет – пришлось бы выстоять огромную очередь на другом КПП, на южной границе страны.
У наших современников избиение младенцев вызывает шок. В тогдашнем мире, да ещё с преобладающим язычеством, к детям относились по-другому. Ребёнок немощен, он ещё не воин и не богач, может вырастет, а может и не вырастет. И «акция» царя Ирода не привела ни к бунту, ни к вмешательству римлян, которые стремились поддерживать на своих территориях стабильность. Настоящий геноцид попросту сошёл Ироду с рук.
Но допустим какой-нибудь израильский ребёнок, которого поощряют к изучению иностранных языков (слышал я разговор в самолёте, когда папа заставлял детей говорить по-английски, аргументируя это тем, что иврит нужен только для армии, а не для бизнеса)… Так вот, дитя на французском канале или на том же ВВС увидит мультфильм о Рождестве Христа, узнает о судьбе Вифлеемских младенцев и задаст родителям наивный вопрос. Как будут принимать серьёзный вид взрослые, как будут ему объяснять, что Ирод был выдающимся деятелем, возвёл дворец, выстроил отношения с римлянами, и вероятно провёл какие-нибудь финансовые реформы, касавшиеся священных сиклей… И как будут сглатывать комок в горле те, кто вырос в России, Европе и США, и с детства привык слышать имя Ирод только в качестве ругательства.
В этом дилемма современного христианина, воспитанного Библией. Он не может не сочувствовать победам Израиля над филистимлянами, как нельзя болеть за Голиафа против будущего царя Давида. Но и на фотографии погибших младенцев – и всех остальных, в ТГ-каналах смотреть сил нет.
«Ночь тиха над Палестиной… скрыла всё ночная мгла». Сколько детских голосов (когда-то давно и наших), старательно следя за дирижирующей рукой, выводило эти слова. Слова колядки, за которую полагались конфеты. И темнота Сочельника казалась ни чем иным, как приближением праздника, ночного шествия с крестами, хоругвями и свечами или домашней тишины под мерцающей ёлочной гирляндой.
Знакомые, живущие на морском побережье, присылают мне тревожные фотографии заката. Когда стемнеет, небо озарится ложными звёздами, вспышками ракет.
Конфеты, ракеты… конфетти и битое стекло.
И как бы разглядеть в таком небе Рождественскую звезду…
Юрий Эльберт
Мнение автора статьи может не совпадать с позицией редакции.