Когда от отца Валериана ушла жена, он натурально заболел. Температура поднялась, сахар, давление подскочили, невозможно было с постели подняться. Ладно, настоятель пошёл навстречу, и заменил на службах.
Теперь это в прошлом. Отец Валериан привык к тому, что дома пусто. Детей у них с супругой не было, не получилось. Женские вещи она забрала. Так и стояло всё в квартире разбросано, дверцы шкафа открыты, на свет выпали какие-то коробки с непонятными вещами.
Как ни странно, число коробок постепенно росло.
У отца Валериана появилась страсть, которую он много раз «отпускал» на исповедях, а сам себе в ней признаться стыдился. В этом ему виделось что-то смешное и бабье. Батюшка-шопоголик.
А всего-то он увлёкся маркетплейсами. Когда нет сил подняться с дивана, сил нет и слово вымолвить, да и не с кем, смартфон сам предлагает тысячи ярких картинок с как будто нужными и выгодными товарами. Да ещё баллы, скидки – голова закружится!
Впрочем, батюшка утешал себя «уважительной причиной»: не для себя покупает, это подарки на новый год.
Кружки, магниты, варежки, полотенца – всё это в последний месяц года было украшено новогодней символикой – ёлками, снежинками, золотыми шарами.
Батюшка бережно брал каждый предмет в руки, и на мгновения к нему приходило забытое с детства тепло.
Да-да, это будущие подарки. Мало ли на свете несчастных людей, которым неоткуда ждать новогоднего сюрприза, кроме как от церкви? Детский дом, тюрьма, нарколечебница, воинская часть…
Умиление батюшки нарушил голос за стеной, доносившийся из соседней квартиры. Кто-то пел или должно быть молился на непонятном языке.
Батюшка в гневе постучал кулаком в стену: «Нельзя ли потише?»
«Что случилось? – думал он, успокаиваясь. – Раньше я такого пения не замечал. Во всём виновата бессонница…»
…В конце декабря владыка собрал городское духовенство в своем кабинете. Обсуждалось, кому и какие предстоят послушания накануне Рождества Христова и в Святки.
– Отец Валериан, вам не стыдно залипать в телефоне? Владыка спрашивает вас, а вы молчите! Как школьник, честное слово.
– А… я… простите Бога ради. Я – за. У меня уже подарки готовы.
– То есть записываю за вами – нарколечебница, 30 декабря. Хорошо, теперь колония…
– Я! – выкрикнул отец Валериан.
– На песчаный карьер два человека! – спародировал фразу из комедии сидящий рядом отец Игорь.
– В колонию пойдёт отец Рафаил, он что напрасно у нас тюремным служением заведует? За год ничего не сделал, за праздники наверстает. Это не обсуждается. Теперь детский дом…
– Я! – снова крикнул отец Валериан.
– Нет, детский дом пойду я сам, в подарок приготовлены сладости и журналы, – мягко, но недовольно возразил владыка. – Отец Валериан, понимаю, что вы не оправились от горя, прощаю. Но держите себя в руках!
Владыка захлопнул папку с документами – все свободны.
Отец Валериан едва успел нажать сердечко в своём телефоне, чтобы добавить товар в отложенные.
На экране светилась и блестела серебряными снежинками чудесная детская новогодняя железная дорога.
Цена в 200 тысяч рублей, но действовала скидка в 90%. Видимо из-за доставки, которую не успевали сделать до Нового года. Срок – 2 января, по акции курьер привезёт игрушку бесплатно. «Ах как славно, что мы, православные, дарим подарки 7 января!» – пронеслось в голове отца Валериана.
Нет 20 тысяч – тоже много, а у батюшки под новый год не осталось и таких денег. Действовал он импульсивно. Лихорадочно нажал кнопку «оформить заказ в кредит». Теперь ещё и в долги влез. Но железная дорога словно парила перед ним в его воображения, позвякивая серебряными звонками и тихо, как утюг, выпуская пар.
Отец Валериан поднялся из-за стола и бросился в приёмную, чтобы догнать других священников.
– Отец Рафаил, тебе же посещение колонии назначили? Хочешь, я тебя снабжу подарками?
– Ничего я от тебя не хочу! Перед владыкой выслуживаешься? Тоже хочешь показать, что я плохо справляюсь с обязанностями? – огрызнулся отец Рафаил и хлопнул дверью.
Отец Валериан заметил батюшку, заведующего военным отделом.
– Отец Дионисий, хочу отправить партию подарков на Донбасс!
Отец Дионисий, добродушный великан, усмехнулся в бороду:
– Доброе дело, доброе. Но не в этом году. Транспорт с подарками ушёл сегодня утром, четыре фуры. Давай теперь к дню защитника Отечества, приготовишь, договорились?
Отец Валериан поник: он будет запинаться о коробки в своей квартире до февраля. Да и кому тогда нужны будут подарки с Дедом Морозом на логотипе.
Собрать подарки для нарколечебницы – где основную массу пациентов составляли отходившие от белой горячки пожилые алкоголики – оказалось непросто.
В основном у него скопились кружки. Но дарить такую посуду пьющим – значит напоминать о прошлом? Нет, это конечно не граненые стаканы, не бокалы, не фужеры. И всё-таки отец Валериан кружки вручать не решился.
Затем шла коробка с махровыми полотенцами. «Каждый год 31 декабря мы с друзьями ходим в баню…» – снова вспомнилась ему киноцитата, лица актёров Мягкова и Ширвиндта. Не подходит…
Наборы специй напоминали о перцовой настойке и не годились тоже.
Блокноты с авторучками? Зачем они таким пациентам?
Кое-как, отсеяв режущее, колющее и прочее запрещённое к проносу в клинику, отец Валериан собрал в подарок носки, бельё и сладкие наборы. Пациенты, к слову, были рады. Они собрались в холле у старой искусственной ёлки и даже подготовили культурную программу – песни Высоцкого.
Как отец Валериан провёл свой первый в жизни одинокий Новый год – остаётся догадываться.
Утром второго января раздался звонок… увы не дверной. На телефон отца Валериана пришло СМС от маркетплейса: «Доставка вашего заказа переносится на 5 января».
А 5 января – перенеслась на 6-е.
Отец Валериан решил раздать все скопившиеся у него подарки прихожанам на ночной Рождественской службе.
Утром в Сочельник ему позвонили из приёмной епархии и сообщили, что владыка в ночь под Рождество служит в соседнем закрытом атомграде, и распорядился взять отца Валериана с собой.
– Хорошо, я своим ходом, с подарками, – заикнулся было батюшка.
– Никаких «своим ходом». Разрешение на въезд вашей машины в ЗАТО кто будет оформлять
Духовенство и хор едут на специально нанятом автобусе вечером от епархии. Багажа минимум: камилавка и облачение.
Предстояло провести Рождественскую ночь где-то далеко.
Снова пришла смс-ка: «Доставка заказа переносится на утро 7 января»…
…На торжествах в атомграде батюшка задержался на две ночи. К полудню 8 января тот же автобус привёз его в епархию, где отца Валериана ждала его собственная машина с забитым подарками багажником.
8 января – Собор Пресвятой Богородицы. Но много ли прихожан приходит в этот день на утреннюю службу в храм? Тем более в полдень. Отец Валериан раздал десяток новогодних кружек старушкам-свечницам и случайно заглянувшим в этот момент в собор «захожанам».
Батюшка вернулся домой, припарковался во дворе, нехотя вышел из автомобиля.
Его окружили смуглые дети, в том числе малыши из соседней квартиры.
– Дед Мороз! Дед Мороз! А почему ты в чёрном? И борода у тебя чёрная?
– Грустно мне, один я остался, – честно сознался отец Валериан.
– Не грусти! В Рождество нельзя грустить!
– А вы знаете, что такое Рождество? Вы же мусульманские дети.
– Все дети на свете празднуют Рождество!
– Постойте, ребята, я вам сейчас подарю кружки…
Отец Валериан потянулся за ключами от багажника, но вдруг за спиной раздался незнакомый голос.
– Зачем кружки? Может вот это?
Это был тот самый курьер с маркетплейса. Он держал картонную коробку с той самой железной дорогой.
Смуглые дети и ответить батюшке не дали, выхватили коробку из рук курьера, приоткрыли верхнюю крышку, принялись зяглядывать «одним глазком» и ахать.
Отцу Валериану ничего не оставалось, как сделать детям такой подарок. Ватага шумно, но бережно понесла коробку на его этаж, в соседнюю квартиру.
Батюшка отпустил курьера, но остался на улице, раздумывая, куда бы деть оставшиеся в багажнике кружки.
Из подъезда вышел его южный сосед, видимо отец семейства.
– Саиджон, – протянул он руку. – Спасибо, такой роскошный подарок. Может мы вам что-то должны? Может помощь требуется?
Отец Валериан поманил соседа к багажнику.
– Видишь, как много всего осталось. У тебя нет связей на рынке? Можешь продать, денег не надо…
– Ай, брат, как можно так говорить! Разве можно продавать подарки, которые должен вручить Дед Мороз? Через три часа выезжаем…
Три часа спустя батюшка ждал Саиджона на водительском месте. Сосед скрипнул дверцей и сел рядом.
Поехали на вокзал. Здесь на перроне стоял «поезд Деда Мороза», и актёр в красной шубе с ватной бородой раздавал детворе подарки по пригласительным билетам.
Саиджон предложил повернуть налево, потом направо, махнул кому-то перед ними открылся шлагбаум.
На запасных путях стоял вагон с незнакомым гербом и надписью «Темир жолы». Саиджон постучал в окно проводника. Выглянул человек в форменной фуражке.
«Нет, батюшка, не пущу. Здесь все мусульмане, здесь нет вашей паствы».
Саиджон махнул рукой и что-то крикнул. Из обоих тамбуров, из некоторых окон потянулись детские и женские руки в рукавах чёрной ткани. Батюшка едва успевал протягивать им кружки, полотенца, и багажник скоро опустел.
Обратный путь начали молча.
– Я догадался, – сказал наконец батюшка. – Это мигранты. Они возвращаются на родину.
– Всё так, – кивнул его попутчик. – Поезд Москва-Мехрабад стоит в нашем городе всего четыре минуты. Времени хватит только на маневры по прицепке вагона. Поэтому всех посадили на свои места заранее. Но не так плохо. Кормят, тепло, чай из титана.
– А ничего, что Дед Мороз на кружках? – переспросил отец Валериан.
– А кто на свете самый добрый, если не Дед Мороз? – улыбнулся Саиджон.
– Кому-то я подарил варежки…
– Там в горах бывает снег. Важно увезти с собой из России хотя бы немного тепла.
Юрий Эльберт