Сегодня, когда церкви византийской традиции празднуют День Святого Духа, «согласно славимого, всеми призванными к единству», как гласит текст кондака праздника Святой Пятидесятницы, меня лично немного опечалило то, что сразу несколько блогеров, представляющие различные деноминации и именующие себя православными, в преддверии праздника единения человечества во Святом Духе опубликовали материалы, направленные на разобщение христиан на основе полемических материалов, положенных в основу т.н. Великой Схизмы 1054 года, используя праздник единства как повод к очередному раздору.
Так, представитель Русской Древлеправославной Церкви Вера Ключинская опубликовала в своем блоге материал под громким заголовком «Filioque — папистская ересь о Святом Духе». Конечно, никаких серьезных аргументов, кроме восклицаний вроде «…страшная ересь, возводящая хулу на Духа Святого и на Пресвятую Троицу…», данный материал не содержит. Самая «серьезная» критика построена на карикатуризированном восприятии оппонента, которое представляет из себя приписывание членам Римско-католической церкви веру ни много ни мало в двоебожие.
Было бы смешно, если бы не было так грустно. Давайте немного разберемся с точки зрения простых умозрительных моделей, на которых строится предмет христианской веры во Святую Троицу. Итак, Единоначалие в Святой Троице предполагает то, что Бог-Отец является условной причиной двух иных Ипостасей – Слова и Духа. И Западная, и Восточная церкви это подтверждали и подтверждают.
Но давайте остановимся на понятии «условности». Когда мы говорим о рождении или исхождении в повседневном смысле, мы говорим о некоем процессе, растянутом во времени. Бог же, по своей природе, времени неподвластен и является причиной творения времени. Соответственно, ни о каком процессе рождения либо изведения из Бога-Отца иных ипостасей мы сказать не можем. Недаром «единоначалие» Отца во Святой Троице Церковь исторически компенсировала другим термином «собезначалие», отраженным, например, в песнопении: «Собезначальное Слово Отцу и Духови». Т.е. если мы говорим, что Святой Дух исходит через Сына в некоем временном смысле, то неизбежно придем к выводу о том, что свойства Божественных лиц изменяются во времени и, соответственно, неизбежно на умозрительном уровне придем к арианскому субординационизму – модели, в которой Бог-Отец управляет двумя иными Божественными ипостасями, наделяя их по определенному своему произволению, теми или иными свойствами во времени. В условиях же исповедания принципа собезначальности Божественных ипостасей Слова и Духа по отношению к ипостаси Бога-Отца мы неизбежно будем исповедовать и вечное исхождение Святого Духа от Отца через Сына как равнозначное Его исхождению от Отца и Сына.
Итак, Римская церковь, исповедуя Filioque, никогда не утверждала двуначалия Святого Духа, но в то же время исповедовала совечность Лиц Святой Троицы и неизменность их свойств, не вводя никакого нового понимания в отношения Лиц Святой Троицы, помимо принятого на Никейском соборе определения. Тогда как отрицание Filioque, как мы наглядно продемонстрируем ниже, неизбежно приведет к восприятию в сознании человека Божественных Лиц Святой Троицы как неравных не только по свойствам рождения и исхождения, но и по множеству иных качеств (вечности-начальности во времени, причинности-беспричинности, главенству-подчиненности и т.д.).
Так, для наглядности приведем в пример следующее утверждение, содержащееся в вышеуказанном материале Веры Ключинской: «Послание Его (Святого Духа) через Сына указывает лишь на временную миссию. Это подчеркивают все св. Отцы и богословы». Т.е. автор наглядно демонстрирует, что понимание ею исхождения Святого Духа «через Сына» вне аспекта вечного исхождения неизбежно ведет к умозаключению о наличии в отношениях Лиц Святой Троицы последовательных событий «до» и «после», а соответственно, и восприятие рождения Сына Богом Отцом в этой умозрительной модели приводит к подпадающему под анафему Никейского собора умозаключению о том, что «когда-то не было Сына Божия».
Размышляя над всем этим, я не ставлю целью доказать правоту или неправоту той или иной богословской мысли. Скорее, пытаюсь рассуждать с позиции стороннего наблюдателя. И мои наблюдения неизбежно приводят меня к выводу о том, что человеческая злоба и фанатизм, проявленные в желании доказать неправоту тех, кто нам не нравится в силу сложившихся культурно-исторических особенностей, ослепляют настолько, что человек впадает в более серьезное заблуждение относительно декларируемых им же самим богословских принципов. Как говорится «под свою анафему падоша…».
Более же примечательной для меня стала следующая цитата Веры Ключинской: «Таким образом, ересь Filioque искажает догмат о Святой Троице, допуская два начала Божества. «Вводя два начала, они (католики) объявляют двух богов», – говорит Василий Великий…». То, что Василий Великий такого, конечно, просто не мог написать, поскольку скончался задолго до появления редакций Символа Веры с добавлением «Filioque», автора, видимо, нисколько не смущает, что очередной раз показывает, насколько неконструктивным является подход к поиску своей идентичности через поиск мнимой неправоты других людей.
Николай Минюхин