Эдуард Элгар – английский композитор-классик, как и другие английские музыканты, совершенно неизвестный в остальном мире. Когда люди слышат о любом из английских композиторов, то удивлённо спрашивают:
– А что, разве в Англии вообще есть музыка?
На это можно ответить так:
– Английская музыка есть, есть и композиторы-классики, как Генри Пёрсл или Джон Дауленд или как Джон Тавенер, принявший православие и избравший наставником Антония Сурожского, о чём опять же мало кто слышал. Но это очень особенная музыка, как и ирландская. Вот только ирландская культура (и, соответственно, музыка) стали в мире современного Запада одним из символов борьбы против тотального обмирщвления и глобализации (заслуга Уильяма Йейтса и других пропагандистов ирландской культуры), а английская музыка так и осталась в своём мирке, не перешагнув предела Британии, несмотря даже на то, что о концертах Джона Дауленда упоминает Шекспир в сонетах, и что тот же Дауленд в своё время мощно повлиял на музыку эпохи Возрождения и через неё, как это ни покажется кому-то странным – на современную рок-музыку XX века, на многих исполнителей, таких как Стинг.
В частности, Стинг использует приём, когда он провевает партии четырёх голосов по нотам, сидя на разных четырёх концах стола, а потом на компьютере соединяет это в одну мелодию. Так вот это четырёхголосие придумал Джон Дауленд, создав для этого особый вид нотной записи на большом листе, развёрнутом на четыре стороны четырёх сидящих и поющих за столом музыкантов. В эпоху Возрождения это было очень популярно.
Бездарность упорна, а переживания свойственны таланту, до тех пор, пока Сам Господь или кто-то, наделённый небесной мудростью скажет: «Добрый и верный сын! Молодец!».
Так и всемирно известный английский композитор Эдуард Элгар (1857-1934) добился признания не сразу, долго был отвергаем лондонским творческим обществом и в 27 лет писал другу: «Мои перспективы безнадежны как никогда … думаю, дело не в недостатке энергии, поэтому иногда я прихожу к заключению, что мне не хватает способностей…У меня нет денег — ни цента».
Но Господь никогда не оставляет умножающих красоту людей без поддержки, чем бы те ни были заняты: созданием музыки или воспитанием светлого сердца в ребёнке – и в 29 лет композитор обретает верного и любящего друга – женится на Эллис (Кэролайн) Робертс, которая во всём помогала великому супругу, утешала его в дни печали, укрепляла в частых перепадах настроения, помогала ему в труде. Эллис писала: «Забота о гении — это уже сама по себе работа целой жизни для любой женщины».
В качестве обручального подарка Элгар подарил ей короткое произведение для скрипки с фортепиано «Salut d’Amour», и супруга считала это самым лучшим даром, какой только может быть в этом мире, что и было так на самом деле, потому что нет на земле ничего драгоценнее красоты Господней…
Так уж получилось, что английская музыка интересна главным образом англичанам. Элгар – редкий пример композитора, которого хотя бы иногда слушают за пределами Соединённого Королевства, хотя сами англичане неизменно восторгаются своим земляком. Но так случилось не сразу, и гению пришлось пройти долгую полосу непризнания и неудач, хотя именно он в 1908 году написал первую запоздалую симфонию на английской земле, а ведь к тому времени музыкальный мир уже блистал симфониями Бетховена, Шуберта, Шумана и Брамса.
Родился Элгар в 1857 году в крохотной деревеньке рядом с городом Вустер (на весь мир славным своим вустерским соусом). Его отец служил органистом в католическом храме святого Георгия Победоносца. Мать Элгара незадолго до его рождения приняла католичество, и сам ребёнок был сразу же крещён в католической вере, верность которой хранил до конца своей жизни.
С детства одарённый мальчик тянулся к музыке, изучал литературу по игре на органе и музыкальной теории, – все эти достаточно редкие фолианты он находил в храмовой библиотеке, собранной местными священниками на редкость умело, с пониманием того, что людям нужны и высокие книги с высокими темами, что читают не только примитивные дурачки из воскресной школы с прихожанами того же уровня.
В восемь лет он начал брать уроки игры на фортепиано и на скрипке. В десять лет он сам стал писать музыку. Мечтал поступить в Лейпцигскую консерваторию, для чего изучал немецкий, но из-за отсутствия денег в семье своё намерение осуществить не смог. Таким образом, он впоследствии окажется композитором не имеющим музыкального образования, но ведь и мало кто из поэтов учился на литератора или филолога, да и индивидуальное образование неизменно намного качественнее общего, хотя бы потому, что в таком образовании ученик действительно кровно заинтересован.
Не был чужд Элгар и понимания значения служения милосердия, каковое в Католической Церкви со второй половины XIX века неизменно стояло на высоте. Поэтому в 22 года он становится дирижером в психбольнице в городе Павик. Больница называлась романтично – «Прибежище для лунатиков».
Может показаться странным, что маленькая психбольница содержала в своих стенах целый оркестр, но дело в том, что тамошние врачи считали, что музыка несёт для их пациентов исцеляющее воздействие.
Вдуматься только – в занюханной провинциальной психушке гений работает музыкантом. Нигде в мире для него с его способностями места больше на тот момент не нашлось…
Для своего достаточно большого оркестра в психушке Элгар писал музыку, трудясь над этой задачей не спустя рукава, не думая что «для психов и так сойдёт», но со всей своей энергией и усердием.
Одновременно с работой в психбольнице он подрабатывал в Вустерском колледже для слепых детей, очевидно считая важным для молодого католика такое вот деятельное волонтёрское приложение своему таланту.
Элгар крайне медленно добивался признания, стал известен лишь к сорока двум годам, и лишь к пятидесяти обрёл действительно всеанглийскую любовь и славу: равно и у народа, и при королевском дворе.
В 1900 году он пишет знаменитую ораторию «Сон Геронтия», на слова католического кардинала Ньюмена – одного из выдающихся религиозных деятелей Викторианской эпохи, которого Элгар крайне уважал.
Элгар всю жизнь был верным католиком, и это в стране, где на католиков народ смотрел с таким же негодованием, как современные китайцы смотрят на японцев.
В 1904 году он получит титул сэра, а его супруга станет леди Элгар.
Сегодня он – один из самых исполняемых композиторов в пределах Англии.
Он чувствовал себя занимающим последние роли не только в музыкальном, но и в социальном плане. В музыкальных кругах, где доминировали музыканты-академики, он был композитором-самоучкой; в протестантской Британии его католичество воспринималось с подозрением; а в классовом обществе викторианской и эдвардианской Британии он остро переживал из-за своего скромного происхождения даже после того, как добился признания. Тем не менее он женился на дочери высокопоставленного офицера британской армии. Она вдохновляла его как в музыкальном, так и в социальном плане, но он изо всех сил стремился к успеху, пока ему не исполнилось 42 года когда его «Энигма-вариации» (1899 г.) стали популярными в Великобритании.
Когда Элгару было 29 лет, он взял в ученики Кэролайн Элис Робертс, известную как Элис, дочь покойного генерал-майора сэра Генри Робертса. Элис была на восемь лет старше Элгара и через три года стала его женой. Биограф Элгара Майкл Кеннеди пишет: «Семья Элис была в ужасе от её намерения выйти замуж за неизвестного музыканта, который работал в магазине и был католиком. Она была лишена наследства».
Они поженились 8 мая 1889 года. С тех пор и до самой своей смерти она была его секретарем и ближайшим помощником, справлялась с перепадами его настроения (естественными для гения) и была проницательным музыкальным критиком. Она делала всё возможное, чтобы привлечь к нему внимание высшего общества, но даже ей это удавалось с большим трудом. Со временем он научился принимать оказываемые ему почести, понимая, что они имеют большее значение для неё и её социального положения, он понимал, от чего она отказалась ради его труда и был всецело благодарен тому служению, которое она ради него совершала.
Их брак с Элис продлился до её смерти в 1920 году, и был счастливым и вдохновенным, каким может быть только брак подлинно устремлённых к Христу людей, а они оба были именно такими. Храня друг другу верность, они знали, что третьим в браке всегда является Христос, и восхищённо несли тайну семейной жизни, как великую святыню, оттого и все бури, которые неизменно случаются с каждым живущим на земле человеком, приходили к ним извне (и легко ими переживались), но никогда не изнутри: ведь эту семейную пару никогда не раздирали страсти.
Начиная с 1926 года Элгард сделал серию записей собственных произведений. Музыкальный писатель Роберт Филип назвал его «первым композитором, который серьезно отнесся к граммофону».
О своём вдохновении к творчеству композитор говорил: «Музыка, она в воздухе, музыка вокруг нас, мир переполнен ей, и можно просто брать столько, сколько потребуется.»
Элгар умер 23 февраля 1934 года в возрасте семидесяти шести лет и был похоронен рядом с женой в католической церкви святого Вульстана в Литтл-Молверне. И, как говорится в подобных случаях: и в жизни и после смерти они всегда были вместе.
Артём Перлик